Мои записки, написанные в десять минут, или Я сам без прикрас

Автор: Ростопчин Федор Васильевич

   Ф. В. Ростопчин

  

МОИ ЗАПИСКИ, НАПИСАННЫЕ В ДЕСЯТЬ МИНУТ, ИЛИ Я САМ БЕЗ ПРИКРАС

  

  

  

  

   Глава 1. Мое рождение

  

   В 1765 г., 12 марта я вышел из тьмы и появился на Божий свет. Меня смерили, взвесили, окрестили. Я родился, не ведая зачем, а мои родители благодарили Бога, не зная за что.

  

   Глава 11. Мое воспитание

  

   Меня учили всевозможным вещам и языкам. Будучи нахалом и шарлатаном, мне удавалось иногда прослыть за ученого. Моя голова обратилась в разрозненную библиотеку, от которой у меня сохранился ключ.

  

   Глава 111. Мои страдания

  

   Меня мучили учителя, шившие мне узкое платье, женщины, честолюбие, бесполезные сожаления, государи и воспоминания.

  

   Глава 1У. Лишения

  

   Я был лишен трех великих радостей рода человеческого: кражи, обжорства и гордости.

  

   Глава У. Памятные эпохи

  

   В тридцать лет я отказался от танцев, в сорок перестал нравиться прекрасному полу, в пятьдесят — общественному мнению, в шестьдесят перестал думать и обратился в истинного мудреца или эгоиста, что одно и то же.

  

   Глава У1. Духовный облик

  

   Я был упрям как мул, капризен как кокетка, весел как ребенок, ленив как сурок, деятелен как Бонапарт, — все как вздумается.

  

   Глава У11. Важное решение

  

   Никогда не обладая умением владеть своим лицом, я давал волю языку и усвоил дурную привычку думать вслух. Это доставило мне несколько приятных минут и много врагов.

  

   Глава У111. Что из меня вышло и что могло выйти

  

   Я был очень признателен за дружбу, доверие, и, если бы родился в золотой век, из меня, может быть, вышел бы человек вполне хороший.

  

   Глава 1Х. Почтенные правила

  

   Я никогда не вмешивался ни в какую свадьбу, ни в какую сплетню. Никому не рекомендовал ни поваров, ни докторов, следовательно, никогда не посягал ни на чью жизнь.

  

   Глава Х. Мои вкусы

  

   Я любил тесный кружок, близких людей, прогулки по лесу. Питал к солнцу чувство невольного боготворения и часто огорчался его закатом. Из цветов больше любил голубой, из еды предпочитал говядину под хреном, из напитков — чистую воду, из зрелищ — комедию и фарс, в мужчинах и женщинах — лица открытые и выразительные. Горбатые обоего пола обладали в моих глазах привлекательностью, для меня самого необъяснимой.

  

   Глава Х1. Антипатии

  

   Я не любил глупцов и негодяев, женщин — интриганок, разыгрывающих роль добродетели; на меня неприятно действовала неестественность, я чувствовал жалость к накрашенным мужчинам и напомазанным женщинам, отвращение к крысам, ликерам, метафизике, ревеню; ужас — перед правосудием и бешеными животными.

  

   Глава Х11. Разбор моей жизни

  

   Я ожидаю смерти без боязни и без нетерпения. Моя жизнь была плохой мелодрамой с роскошной обстановкой, где я играл героев, тиранов, влюбленных, благородных отцов, но никогда лакеев.

  

   Глава Х111. Награды небесные

  

   Мое великое счастье заключается в независимости от трех лиц, властвующих над Европой. Так как я достаточно богат, не у дел и довольно равнодушен к музыке, то мне нечего делить с Ротшильдом, Меттернихом и Россини.

  

   Глава Х1У. Моя эпитафия

  

   Здесь нашел себе покой,

   С пресыщенной душой,

   С сердцем истомленным,

   С телом изнуренным,

   Старик, переселившийся сюда.

   До свиданья, господа!

  

   Глава ХУ. Посвящение публике

  

   Чертова публика! Нестройный орган страстей, ты, возносящая до небес и втаптывающая в грязь, восхваляющая и осуждающая, сама не зная почему; безрассудный тиран, бежавший из сумасшедшего дома, экстракт ядов, самых тонких ароматов, самых благоуханных, представитель дьявола при роде человеческом, фурия в образе христианского милосердия. Публика, которую я боялся в молодости, уважал в зрелом возрасте и презираю в старости, тебе я посвящаю свои записки. Милая публика! Наконец-то я для тебя недосягаем, потому что умер и поэтому глух, слеп и нем. Да выпадут на твой удел эти блага, для успокоения твоего и всего рода человеческого.