Брачный пир Товия

Автор: Глинка Федор Николаевич

Брачный пир Товия (*)

 

(*) В книге Товита, в главе II-й сказано: „И бысть радость всем сущим в Ниневии братиям его. И прииде Ахиарх и Насвас, сын брата его, и бысть брак Товии с веселием дней седмь.“ — На сем основано описание свадебного пиршества в дому Товита, хотя брак Товия был совершен еще в доме Рагуила.

 

 

Семь дней веселый пир шумел,

В дому у Товия младого,

И сладко Божий день светлел

Очам отца его седого.

Воспели Вышнему хвалы,

А там — за пышные столы;

И, по обычаю Востока,

Садятся на скамьях широко,

И каждому своя дана:

Тут Сарра юная, — она

Как перла Царския короны,

Как цвет душистые Сароны. . . .

Сидели старцы, девы, жены,

С повязкой пестрой на главах,

В златых запястьях и в цветах.

Велик был пир и снедей горы:

И финики и мандрагоры,

И сладкий синий виноград,

И смугловидный плод гранат.

Простые снеди предков наших,

В серебряных кудрявых чашах

Млеко и мед. И все полно;

В узорах мисы и покалы,

И длинновыйные фиалы

Таят заветное вино;

И на столпах, в навесах алых,

Курились сладостно алой,

Ситракса, ладаны и мирра

В кадилах злата и порфира,

И всякий гость на радость зван.

Хор юных Товию был сверстник:

И вот гармония и песни!

Звучат и гусли и тумпан,

И, под Сионския свирели,

Певцы Салима сладко пели,

И звонок был их мерный стих:

„О, веселись младой жених!

„И ты, прекрасная невеста!

„Проходит наша жизнь как миг:

„У смертных вечному нет места!

„Создатель любит молодых:

„Он из сокровищниц Своих

„Дал мужу силу, власть и крепость,

„Красу — в приданое женам.

„Он усмирил врага свирепость,

„И отдал вас на радость нам,

„И, гости из чужого места,

„Вы гости — сердца у родных.

„О, веселись младой жених.

„И ты, прекрасная невеста!“ . . .

И пир светлел, и веселел:

Все утешались, пили, ели

И песни Палестины пели.

Один лишь, молча, гость сидел

Как неживой с живыми. Младость

Цвела в нем с дивной красотой,

Но он, казалось, нашу радость

Считал какою-то мечтой.

И он трапезы не вкушает,

Ни вин, ни сотов, ни питья. . . .

„Ужель мой сын не примечает

„Того, что в госте вижу я?“

Так старый Товий шепчет сыну:

„То наш Азария! . . . Причину

„Желал бы знать: о чем грустит?

„Не ест, не пьет и все молчит!

„Какой тоски, какой утраты

„Он полон думой? Мало ль платы?

„Утроить, сын! усемерить:

„Неблагодарным страшно быть!“

Простясь с гостьми, уж после пира,

Он друга - гостя пригласил

На слово — дружбы. Полный мира,

Почтенный юного спросил:

„Ты хлеба - ласки не вкусил,

„И вин огнистых не отведал? . . .“

— „Я ждал сего, вопрос твой ведал:

Я знаю все, что, за столом,

Ты обо мне доверил сыну!

Пора узнать всего причину:

Мое питанье — не в земном;

К красам не здешнего жилища,

Меня манит иная пища,

Там ждет иное питие.

Там нет земного пресыщенья

И замогильного истленья —

Там беспредельно бытие! . . .“ —

„Но где ж на наше не похожий

„Твой край?... Кто ты?...“ — „Я, Ангел Божий! . . . “

И светел стал венцом златым!

И старец Товий пал пред ним:

„Возстань! земное поклоненье

Единого есть Бога дань;

Молись Творцу и знай — творенье

Ведет Его Святая длань:

С тех пор, как Творческая сила

Безсчетность воззвала миров

И в небе звездность засветила,

Его всезрящая любовь

Крилами одевала землю:

Он Сам . . . . но я призванью внемлю:

Прости! я к высшему спешу:

Прости, земной! Уж я дышу

Небесным в радостном эфире!

Друг нищего и сироты,

Прости! будь здрав! . . . твои и ты

Живите долго в сладком мире!“ . . .

 

 

Ф. Глинка.

 

Альбом Северных муз,

Альманах на 1828г.