Мадагог и Баядера

Автор: Шишков Александр Ардалионович

Мадагог и Баядера

 

индийская песня.

 

 

 

Не впервые к нам слетает

Царь вселенной, Мадагог;

С нами радость разделяет

И печаль могущий бог;

С нами жить ему отрада,

Мир идет своей чредой,

Он карает, награжденья

Сыплет щедрою рукой.

 

И область земную, как странник, проходит,

И сильных смиряет, и слабых возводит,

И дальше, и дальше вечерней порой.

 

Он идет: — в конце селенья

Перед ним резвясь, шутя,

Жертва чувств и наслажденья

Появляется — дитя:

И узнал он Баядеру.

Дева странника манит

К наслажденью, к неге томной

Жаром пламенных ланит.

 

Играет на арфе, кружится, порхает,

И бога целует, и бога ласкает,

И полную чашу блаженства сулит.

 

И приветливо с собою

Увлекает в свой приют.

«Отдохни, часы с тобою

Неприметно пробегут.

Ты устал, мой путник милый,

Прислонись к моей груди,

И утраченные силы

Наслажденьем пробуди».

 

И в сладкой она о бессмертном заботе,

Лелеет, и нянчит, и к томной дремоте

Бессмертного клонит улыбкой любви.

 

Но от ней услуг рабыни,

Испытуя, хочет он.

Воля мощнаго — единый,

Неизменный ей закон.

И покорность девы юной

От  любви не в далеке;

Так родится плод румяный

Из цветка на стебельке.

 

И хочет бессмертный большим испытаньем,

И страстью, и негой, и новым желаньем

И новою скорбью ее испытать.

 

В очи деву он лобзает,

Дева страсти предалась,

Дева млеет и вздыхает,

Дева плачет в первый раз.

Пламень страсти благородной

Пробежал в ее крови

И к ногам его склонилась

Жрица гордая любви.

 

Ложились грядою ночные туманы;

Смолкала природа, и сумрак желанный

Готовил блаженства златые часы.

 

Утомленная заснула;

И пробил полночный час,

И проснулась, и вздрогнула,

Милый гость ее угас! —

Прах его целует дева,

В хладном прахе чувства нет,

И пылает пламень яркий

И костер его зовет.

 

И слуха коснулись печальные клики,

И видит, жрецов потянулися лики,

И мчится, забывшись, погибшему в след.

 

И к жрецам она с мольбою

Безотрадна и бледна:

Дайте друга, с ним душою

Я давно обручена.

Бога-ль лучшее созданье

Пламень яркий истребит?

Нет, он мой; мое дыханье

Друга к жизни возвратит!

 

И протяжным жрецы отвечают напевом,

И хладному старцу, и пламенным девам,

И юношам мощным конец предлежит.

 

Ты внемли советы наши,

Баядера! — он не твой,

Пей любовь из полной чаши

В цвете жизни молодой.

Ты не связана обетом,

Ты погибшему чужда;

На костре с холодным прахом

Ты погибнуть не должна.

 

Гремите, священные звуки дрометы;

Примите, о боги, мольбы и обеты

С добычею хладной всегдашнего сна.

 

Так поет их хор печальный.

Без вниманья и бледна

Быстро в пламень погребальный

Повергается она.....

Но из пламенного круга

Поднялся могущий бог,

И понес младого друга

В свой надоблачный чертог.