Нищий

Автор: Бороздна Иван Петрович

Нищий (*).

 

Средь столицы, где палаты,

Вдоль пространной мостовой

Величивой красотой

Очаровывают взгляды,

Вижу я: перед крыльцом

Именитого вельможи

Вот стоит с нагим челом,

На клюку склонясь прохожий—

Дряхлый, немощный старик,

Жалким рубищем покрытый.

Бледны тощие ланиты,

Очи тусклы, грустен лик.

Уж года посеребрили

Кудреватую браду;

На челе же отразили

Бед испытанных бразду. . . . . .

Робко, робко подаянья

Для дневного пропитанья

Молит он, не смев и глаз

Вверх поднять; но шум столицы,

Коней бег, стук колесницы —

Заглушают старца глас!

 

О! с каким я умиленьем

И невольным сокрушеньем

Видел образ нищеты!

«Нет! не право отняты

У нее дары судьбины !

И ужель, Творец благой!

Не равны перед Тобой

Чада матери единой?. . . »

 

В сердце мучимом тоской

Так питал я думу эту;

Но в то время подошел

Некто к старцу — и беседу

С ним почтительно завел:

 

Горожанин.

Расскажи, старик, давно ли

Бремя горя ты несешь,

И ужель столь тяжкой доли

Скорбным сердцем не клянешь?

Что беды твоей виною?

На закате ль, в цвете ль дней

Угнетен ты злой судьбою,

Иль игрушкой стал людей?

 

Нищий.

Награди тебя, Всевышний,

За привет отрадный твой!

Так, ты сжалился над мной —

И земли я гость не лишний!

Мир — пустыня для меня

С давних лет; но смею ль я

Гордо клясть закон судьбины?

Нет, к ней Вера до кончины

Будет спутница моя!

Знай: боярского я рода.

Предкам нашим не даны

Ни богатства, ни чины;

Лишь довольство и свобода

Были им присуждены

В дар простой, но заменивший

Им лишенье благ других.

Кой-как ум свой просветивши,

Я наследовал от них

То, о чем теперь тоскую,

Деревеньку небольшую

Счастья прошлого удел.

 

Божеству суровой брани

В юных днях платил я дани:

За отечество летел

Смело в поле боевое. . . ...

Мир настал — и вновь родное

Я убежище узрел.

О! забуду ль воздух Юга,

Злачный берег, воды Буга,

Холмы, долы, сизый бор,

Голубой небес шатёр,

Ярким солнцем осиянный?

 

В той стране обетованной,

Родших гроб скропя слезой,

Я с подругой молодой

Встретил радостной четой

Полдень жизни безтуманный.

Посреди прелестных чад

Я познал прямых отрад

Незапамятную сладость,

Здрав, блажен в семье своей. .. .

Но не много без скорбей

Длилась жизни нашей радость. . . . .

Нет, мрачила небеса

Надо мной беды гроза!.. . .

К нам из северного края

Прибыл, знатностью блистая,

Счастья баловень седой

С гордо-низкою душой;

И, сосед неугомонный,

Тяжбу взвел он беззаконно

За наследний угол мой.

Полный яда злых наветов,

Он, с толпой своих клевретов,

Ков мне гибельный сплетал. . . .

Год промчался, час настал :

Отнял всё богач спесивый

И мои родные нивы

И отеческий мой дом!

Тяжко вспоминать о том!

Не снесла беды жестокой

Соучастница скорбей:

Трех малюток вслед за ней

Я утратил. Одинокий,

Скоро в ближних деревнях

Я молил о пище дневной,

Ночи, дни влача в слезах. . . .

Но увы! грозы, столь гневной,

Токи слёз не укротят!

Я ослеп - и верь, был рад,

Что столь рано мне затмился

Мир, в котором научился …

Жизнью я не дорожить!

Лишь грустил: почто судьбина

Мне вожатым дочь иль сына,

Не хотела сохранить!

Гнёт житейского недуга

Был бы легче с ним иль с ней:

Вместо мнимых лишь друзей,

Я б имел прямого друга —

Усладителя скорбей!

Позабыть в стране родимой

Кровных ветреной семьей;

Сорок лет в земле чужой

Я брожу, людьми гонимый,

С этой нищенской сумой.

 

Горожанин.

Но зачем же в правосудьи

Не искал покрова ты?

Ведь не все коварны судьи:

Грамот ветхие листы

Были б сильным огражденьем

Прав священнейших твоих. . . . .

 

Нищий.

Так, но с пылким озлобленьем

Враг мой не уважил их,

Древность грамот презирая. . . . .

Полно, полно! открывая

Глубь души своей тебе;

Я страшусь изречь судьбе

Непривычные роптанья!

Нет, утешен я в бедах

Тем, что на мои стенанья

Слышу отклик состраданья

В благодетельных сердцах. . . .

А Судья. . . . на небесах!

 

1829

 

(*)   Сия повесть заимствована из истинного происшествия, случившегося пред сим лет за пять

десять.