Петербургская крепость

Петербургская крепость.

 

 

Нева мертва; под кровом белым

Она скрывает жизнь в тиши,

Как человек под бренным телом

Огонь возвышенной души.

Давно поляной безмятежной

Сменился говор синих волн,

И мчится конь дорогой снежной,

Где несся птицей легкий челн.

Стоит гранитная ограда;

За нею шпиц и ряд могил…

То крепость, кремль петрова града!…

Там вечным сном, честь русских сил,

Лежат России властелины:

Великий Петр, Екатерина

И Александр, чей дух, как щит, —

Столь твердый, как и та колонна,

Что пред дворцом теперь стоит, —

Мог удержать Наполеона

И жизнь России сохранить,

И триумфальный путь до Роны

С орлами русскими свершить.

Ночь. Предо мною ряд видений

Встает из вековых могил..

Вот Он, гигант, чей мощный гений

В Европу Русь переселил.

Вот Он: глаза, как уголь черны.

Чернеют брови под челом,

И взгляд живой и чудотворный

Горит негаснущим огнем.

Кругом, на плечи и на шею,

Бегут кудрями волоса.

И на губах блестят, чернея,

Два соболиные уса.

Безмолвен Он, колосс державный!

Тяжелый меч в его руках,

Что в пользу Руси православной

Лежит на жребия весах.

Никто тот меч не перетянет,

Покуда будет мир стоять,

И Петр из гроба не воспрянет,

Чтобы на суд времен предстать.

О Русь, склонися на колени,

Благодари Творца миров!..

Безмолвен Петр; другие тени

Встают из каменных гробов;

Встают России властелины…

Но месяц скрылся в облаках,

И скрыл печальные картины

Времен Бирона — плач и страх,

Но вот встает Екатерина,

В венце из злата и сребра,

Как дщерь Зевесова, Афина,

Она дочь мудрости Петра. (*).

Чело возвышенно открыто,

Величье царское в глазах,

Румянцем светятся ланиты

И белый мрамор на плечах,

Высокий стан — краса Фелицы,

Во всем — Паллады идеал…

Не даром в честь такой царицы

Потемкин лавры пожинал.

И на божественной цевнице

Державин оды воспевал….

Вот Алкксандр! Но не мечтанье

Меня тревожит…. это Он…

В глазах любовь и состраданье —

И твердый дух изображен.

Среди войны, в переговорах,

Он непреклонен, как гранит….

Чело светло, и в светлых взорах

Улыбка ангела блестит.

Он на войне врагам презренным

Мстит за отчизну и народ,

И в их столице, с умиленьем,

Он нищим помощь подает.

Вот Он..

Но солнце золотое

Уже восходит над Невой,

И блещет небо голубое

Над Петербургской стороной,

Исчезло дивное виденье!

Шпиц Петропавловский горит,

И я один в самозабвеньи

Стою, опершись на гранит.

 

(*) Афина (Минерва) родилась из головы Зевеса

 

Джунковский.

 

Пантеон русского и всех европейских театров 1841 часть 1