Эльвира, или Вещая роза

Эльвира, или Вещая роза

БАЛЛАДА.

 

 

В Нормандии, славный жил рыцарь Альфред,

Могучий и грозный в боях;

Железной рукою, питомцем побед,

Прослыл он в окрестных землях.

 

Затеет ли ссору с соседом сосед,

Обидит ли герцог кого, —

Обидчику горе: бесстрашный Альфред

Возстанет грозой на него.

 

На приступ ли мчатся, — широким щитом

Альфред завсегда впереди:

Летает по полю как ветер степной,

Преграды не знает в пути.

 

Пощады ль кто просит, — широким щитом

Он сам прикрывает его;

Найдется ль противник: с отважным врагом

Рубиться как пир для него.

 

Но вот уж два года Альфред разлюбил

Воинственной жизни забавы,

И меч свой тяжелый и шлем позабыл,

Обвитые лаврами славы.

 

С дружиною верной в далекий поход

Два года уж он не ходил;

Что сталось с Альфредом, дивился народ,

И разно об этом судил!

 

Одни говорили, что будто-бы он

Задумал идти в монастырь,

Что будто, монахов толпой окружен,

Сидит и читает псалтырь.

 

Другие клялися, что он потерял

Былую отважность, что бой

Ему как ребенку страшилищем стал,

Что вдруг ослабел он душой.

 

А третьи кричали, что просто Альфред

В уме помешался, что им

Случалося часто слыхать его бред,

В припадках видать чуть живым,

 

Но все ошибались, никто не успел

Открыть настоящей причины;

Никто и подумать из них не хотел,

Чтò сделалось все от Эльвины.

 

Но кто же такая Эльвина была,

Которой пленился герой?

Крестьянка из ближнего к замку села,

Красавица, ангел душой.

 

 

Однажды, с охоты в свой замок спеша,

Альфред гнал лихого коня

Чрез лес: вдруг Эльвина, как май хороша,

Явилась ему у ручья.

 

С тех пор ему стала не в радость война,

Пожары и стоны и кровь,

Мила лишь Эльвина, Эльвина одна;

И славу сменила любовь.

 

Он грозное войско свое распустил,

И тихо с Эльвиной живет;

Он любит; он сердцу любимицы мил:

Толкуй же чтó хочет народ!

 

Он счастлив, он свято блюдет свой покой,

Не хочет ни с кем им делиться;

Душа, повстречавшись с родною душой,

Боится на миг разлучиться,

 

Не чудо ль случилось? И шум и смятенье

В Альфредовом замке, толпится народ,

Блистает оружье….. Ужель на сраженье,

На смертную сечу, властитель идет?

Ужели он хочет с Эльвиной разстаться,

Наскучила разве бедняжка ему,

Иль в сладком покое нельзя оставаться,

И нужны усилья мужскому уму?

Распущено знамя на башне высокой,

Оседланы кони и трубы звучат;

Мост с грохотом рухнул с цепей, в ров широкий,

И воины грозно мечами гремят.

«Прости, о Эльвина, я еду на битву!

Чтó ж делать! так долг мне суровый велит.

Молися, Бог внемлет душ чистых молитву:

Он тяжкое горе тебе облегчит!

Не спрашивай, долго ль разлука продлится,

Для воина завтра одето в туман.

Не спрашивай места, где буду я биться,

Оно неизвестно, война — ураган;

Но вот тебе роза, залог мой прощальный:

Пока она будет всё также алеть,

Знай, верного друга, в бою, в стране дальной,

Холодной рукою не тронула смерть!

Но если же листья вдруг сами собою

С зеленого стебля ее опадут,

Цветы пожелтеют, как-будто зимою

И запах утратив, печально замрут:

Тогда не видаться нам больше с тобою!

Мне руки чужия закроют глаза:

Без ропота тихо смирись пред судьбою;

И верь для свиданья нас ждут небеса.»

Последний поцелуй в устах ее пылал,

Альфред был далеко, он с войском мчался в поле,

Но взор ее к нему стремился по-неволе,

И ясно средь бойцов любимца отличал.

Два месяца прошло: нет вести об Альфреде!

Эльвина страстная не сводит с розы глаз.

А роза пышная алест в полном цвете,

И не один листок не спал с нее ни раз;

Эльвина весела; заботливой рукой

Колючий корешок землею осыпает

И утро каждое холодною водой

Заветный сердцу куст, целуя, поливает,

И думает она: свиданья час желанный

Пускай не близок нам, но всё же он придет,

Затихнет бой, Альфред покинет меч свой бранный,

И снова верную Эльвину обоймет.

И с этой мыслию, пред ликом Пресвятой

Заступницы сирот, она в слезах склонялась,

Молилася об нем горячею мольбой, —

И сердце сладкою надеждой согревалось.

 

Заря погасала, и шумно с работ

Чрез поле с веселою песнью, толпою,

Домой возвращался беспечный народ

Счастливый, довольный вполне сам собою.

В безоблачном небе всплывала луна,

Свой рог серебристый склонив над землею;

Эльвина сидела тогда у окна,

 

На башне высокой, над быстрой рекою,

И, слушая песней знакомый напев,

Мечтою унесшись во дни те былые,

Когда, в хороводе простых сельских дев

Делила и песни и игры живые,

Глубоко вздохнула об них: вдруг в лицо

Холодное что-то ей с поля пахнуло,

С руки покатилось Альфреда кольцо,

И вещее сердце о горе шепнуло.

С таинственной розы один за одним

С зеленого листья стебля опадали,

Эльвина взглянула, и с стоном глухим

Все признаки жизни в несчастной пропали.

 

Там, над Эльбою широкой,

Монастырь девичий; он

Белокаменной, высокой

Был стеною обнесен.

В нем, убежища искали

Все, кому наскучил свет,

И в молитвах забывали

Память горестей и бед.

Много было в нем отшельниц,

Дряхлых старцев, дев младых,

И послушниц, и келейниц;

 

Но одна из всех из них

Отличалась красотою,

Жизнью строгою, святой;

Детской, чистою душою.

И всегдашнею тоской.

Сестры все ея любили,

Все участье брали в ней,

И не раз ей говорили:

«Вверь нам грусть души своей.»

Но она не отвечала

На нескромный их вопрос

И приметно увядала

От сердечных мук и слез.

Только редко, в сонных грезах,

Вырывался у ней бред,

О каких-то чудных розах

И вопрос «где мой Альфред?

 

 

Князь Д. Кропоткин

Библиотека для чтения, том 31, 1838г.