Оскар и Дермид

Оскар и Дермид.

Подражание Оссиану.

 

 

Почто, сын Альпина, почто отверзаешь

Источник рыданий моих?

О смерти Оскара почто вопрошаешь,

Расцветшего к жизни на миг?

Мне время главу сединами покрыло,

Потухнули очи от слез;

Но сердце несчастья сего не забыло,

Свирепого гнева небес!

Оскар! не сойдешь с облаков отдаленных,

Чтоб слезы отца отереть!

Венчаннаго славой, в доспехах военных,

Тебя мне уж боле не зреть!

Ты скрылся от взоров, как солнце златое,

В час полдня объятое мглой

Ты скрылся, как в тучах мерцанье ночное,

Протекшее быстрой стрелой!

Один я оставлен судьбою жестокой!

Так дуб сред могильных холмов

Склонившись уныло, стоит одинокой

Без ветвий, без юных листов.

Отрады не вижу я в жизни сей слезной;

Скорее, желанная смерть!

Что в мире печальном? Оскар мой любезной,

Тебя мне уж боле не зреть!

 

Герой в бур брани не так исчезает,

Как былие наших полей:

В крови сопостат он свой меч обагряет

Под блеском их грозных мечей;

Орлиным полетом парит меж полками,

С перунами смерти в руках,

И падши, сраженный противных стрелами,

Он гибнет на вражьих телах.

Но сын мой! не пал ты во брани со славой,

Дни верного друга пресек,

И друг неразлучный, стезею кровавой

Тебя за собою повлек!

Оскар и Дермид украшением были

Героев Морвенской страны,

И нежное дружество в сердце хранили

Средь ужасов грозной войны.

Подобно двум камням, летящим с вершины

Арвена, покрытого мхом,

Они устремлялись на вражьи дружины —

И все повергали кругом.

При виде их, сильные в страхе дрожали,

Предчувствуя смертный удар.

„ Спасайтесь, о други! “ — они восклицали,

„Пред нами Дермид и Оскар!“

 

Они поразили, отмщеньем пылая,

И Дарга, могущих Царя!

Дочь грозного Дарга Мальвина младая

Прекрасна была, как заря;

Скромна, как светило стыдливое ночи,

Низведшее взор в океан,

И кротко сияли прелестные очи,

Как звезды сквозь легкий туман;

А грудь волновалася тихим дыханьем,

Как снег, низлетевший с небес,

Колеблемый нежным Зефира лобзаньем

На ветвиях зыбких древес.

Герои узрели ее — и пленились;

Повергли оружье пред ней

И пленнице робкой они покорились,

Забыв о победе своей.

Мальвина в невинной груди ощущала

Дотоле безвестный ей жар;

Взглянула — и пламенным взором сказала,

Что мил ее сердцу Оскар!

Сколь все ей в Оскаре казалось прекрасно:

И юные розы ланит,

И речи, как арфы игра сладкогласной,

И меч его бранный и щит.

 

Власы из под шлема его развевались,

Как черного врана крыле;

С любовию слава и дружба сливались

На светлом Героя челе.

Улыбкою, взглядом, присутствием милой

Пред ним озарен целый свет;

Для друга его все мертво и уныло,

Надежды и радости нет!

„ О друг мой! я Даргову дщерь обожаю,

Оскару вещает Дермид;

„Ты любишь ее, ты любим; я страдаю:

„Что ж горесть мою исцелит:

„Где счастье найду, изнуренный тоскою?…

„Одна мне отрада — твой меч!

„Оскар! удостой ты своею рукою

„ Печальную жизнь мне пресечь!

Оскару ли кровью твоей обагриться

И друга во гроб низвести? —

„Кто ж смеет с Оскаровым другом сразиться,

„И смертный удар нанести? —

„Я с честью паду, побежденный тобою,

„С весельем явлюсь в облаках,

„И если почтишь ты Дермида слезою,

„То слава осветит мой прах!“ —

 

К чему ты меня преклоняешь, несчастной?

Я должен тебя умертвить!

Но после могу ли владеть я прекрасной,

Могу ли без друга я жить?

Как ночью с пути совратившийся странник,

Я буду блуждать средь могил;

А ты — и в небесной отчизне изгнанник,

Без друга все будешь уныл!

Нет! вместе мы кончим сердечные муки

Со славой от наших мечей!

Пойдем и погибнем! Не будет разлуки

И в гробе для нежных друзей.

Герои в долине мечи обнажают,

Доспех их булатный гремит;

Стремятся, отходят, разят, отражают —

И пал злополучный Дермид!

Вотще победитель лобзаньем, слезою

Мнит к жизни Дермида воззвать,

И рану сжимает дрожащей рукою,

Чтоб крови поток удержать;

Дермид угасает с улыбкою ясной!

В отчаяньи стонет Оскар;

Склоняся главою над жертвой несчастной,

Уж поздно клянет свой удар!

 

Для взоров его золотая денница

Покрылась туманом густым;

Все в мире вещает ему: ты убийца!

И всюду Дермид перед ним!

То бурей одеян, перуны отмщенья

И пламенник гнева несет;

То нежной улыбкой, лучом примиренья

В чертоги воздушны зовет.

Трепещет Оскар и в безлюдной пустыне

Блуждает, как призрак ночной.

С раскаяньем в сердце предстал он к Мальвине

И с мрачной во взоре тоской,

Бледнея от страха, она вопрошает:

„Почто столь печален, мой друг?“ —

На ловле и в битвах, Оскар отвечает,

Был прежде ужасен мой лук,

И стрелы мои пролетали дубравы

Быстрее небесных огней;

Но ныне затьмились дни юные славы:

Нет силы во длани моей!

Напрасно старался пронзишь я стрелою

На древе повешенный щит;

Упорствует лук перед слабой рукою

И к цели стрела не летит! —

 

„Позволишь ли мне испытать свои силы,

Могу ли я луком владеть? —

Веди меня к цели! ты будешь, мой милый,

Пред слабою девой краснеть!»

С колчаном и луком пришли на долину,

Где все улыбалось кругом.

Оскар неприметно оставя Мальвину,

Сокрылся в кустах за щитом.

Звенит тетива — и стрела засвистела,

И щит раздробленный упал!

С веселием к другу Мальвина летела,

Но он уж пронзенный лежал.

Увидя ее, он при дверях кончины

С улыбкою ей говорит:

„Мне смерть не ужасна! рукою Мальвины

„Отмщен мой любезный Дермид!

„На этой долине повержен он мною:

„Предай ты нас вместе земле!“…

Сказал — и ко праху поникнул главою,

И смерть разлилась на челе!

Так пал мой Оскар — и уже не возстанет!

Погасла надежда моя!

Кто нежно на старца несчастного взглянет?

Кто в землю положит меня?…

 

Прелестная смотрит, дрожит, цепенеет:

Нет друга — нет счастья для ней!

Для ней все погибло! и солнце бледнеет,

И скрылась земля от очей!

Извлекши стрелу, она грудь поражает,

Вослед за любезным летит! —

Несчастных могила одна заключает,

И древо над нею шумит!

Над мрачной гробницею витязей сильных

Покоится робкая лань;

И точит железо на камнях могильных

Воитель, готовясь на брань.

На гробе несчастных, возседши с тоскою,

Я слезы сердечные лью.

Склоняются милые тени над мною,

В воздушном блуждая краю.

Я, мнится, их вижу черты незабвенны,

Я внемлю призывный их глас.

Ответствуйте: скоро ли, тени священны,

Наступит последний мой час?

На вас я взираю с немым ожиданьем;

За вами душею несусь:

Когда ж я разстануся с жизнью, с страданьем,.

И скоро ль я к вам преселюсь?

 

 

А. Крылов

Соревнователь просвещения и благотворений, 1818 г. Часть 3