Боян

Боян. (*)

Дума.

 

 

На брег Днепра, разбив Болгар,

Владимир — солнце возвратился,

И в светлой Гриднице, в кругу Князей, Бояр,

На шумном пиршестве с друзьями веселился…

 

Мед, в стариках воспламенивши кровь,

Пропекшую напомнил младость,

Победы славные, волшебницу — любовь

И лет утраченных былую радость!

Беспечнее веселый круг шумел;

Звучнее гусли раздавались!

Один задумчиво Боян сидел;

В нем думы думами сменялись…

 

„Какое зрелище мой видит взор

Мечтал певец унылый:

Бояр, Князей и Витязей собор

И Государь народу милый!

 

Дивятся их безчислию побед

Иноплеменные Державы,

И служит, трепеща, завистливый сосед

Для них невольным отголоском славы.

 

Их именами все места

Исполнены на Севере угрюмом,

И каждый день из уст в уста

Перелетают с шумом…

 

И я, дивяся их делам,

Пел Витязей — и сонмы умолкали,

И персты вещие, по золотым струнам

Летая, славу рокотали!

 

Но, может быть, времян губительных полет

Всесокрушающею силой

Деянья славные погубит в бездне лет,

И будет Русь пространною могилой!…

 

И песни звучные Бояна — соловья

На пиршествах не станут раздаваться;

Забудут Витязей, которых славил я,

И память их хвалой не будет оживляться!

 

Ах, так — предчувствую: Бояна вещий глас

Веков в пучине необъятной,

Как эхо дальное, в безмолвной ночи час

Меж гор умолкнет невозвратно…

 

По чувствам пламенным не оценит

Певца потомок юный;

В мрак неизвестности все песни рок умчит

И звучные порвутся струны!

 

Но отлети скорей,

Моей души угрюмое мечтанье,

Не погашай последней искры в ней

Надежды — жить хоть именем в преданье.“

 

 

К. Рылеев.

 

(*) Нам не известно время, в которое жил Боян.  Знаем только  из Слова о полку Игоря, что Песнопевец сей имел отличный дар… Н. М. Карамзин, в своем Пантеоне Российских Авторов, так говорит о нем: „Может быть жил Боян во время на Героя Олега; может быть, пел он славный поход сего Аргоновта к Царю — граду, или несчастную смерть храброго Святослава, который с горстию своих погиб среди бесчисленных Печенегов, или блестящую красоту Гостомысловой правнуки Ольги, ее невинность в сельском уединении, ее славу на Троне. “ — Но мне показалось правдоподобнее представить Бояна певцом подвигов великого Владимира и знаменитых сподвижников его: Добрыни, Яно Усмовича, Рогдая. Можно наверно предполагать, что при блистательном Дворе северного Карломана находились и песнопевцы: великолепные пиршества, Богатырские потехи и приветливость доброго Князя могли привлечь их, а славные победы над Греками, Ляхами, Печенегами, Ятвягами, Болгарами и другими народами долженствовали воспламенить дух Пиитизма и в диких чадах Севера, которые впрочем, как например Норманы, задолго до того любили склонять слух свой от звука оружий и рева бурных морей к сладостным  песням своих Скальдов.

Сочинитель упомянутого Слова называет Бояна соловьем старого времени, Время Владимирово (980 1015) в отношении ко время ни неизвестного Сочинителя Слова о полку Игоря (1187) может почитаться старым. Р.

 

Соревнователь просвещения и благотворений, 1822 г. Часть 17