Стансы

Стансы.

 

 

Ни белизна, ни роз румянец

На свежих девственных Джеках,

Ни жемчугов эмальный глянец

В пурпурных маленьких устах;

 

Ни кудри в кольцы завитые,

Ни взор пылающий огнём,

Ни перси полные, младые,

Ни гибкий стан — краса во всём —

 

Не обольстят души холодной;

Приманка только новичкам!

И воли опыта свободной

Не прикуют к своим следам.

 

Но сердца искренние чувства,

Нрав добрый, сердца чистота;

Но здравый ум и без искусства —

Вот женщин доблесть, красота!

 

Всё, всё пройдет: поблекнут розы,

И белизна, как снег, сойдет,

Померкнет глянец, пламень слёзы

Зальют, как придет черный год.

 

На кудри, вьющияся ныне,

Густой надёрнется чепец,

И вот, подобная богине —

Преобразится наконец,

 

Быть может, в мумию-жилицу,

Увы! не здешнюю уже,

Похожую на смерти жрицу

Ногой на гроба рубеже!!….

 

Но красота души и сердца

Не подлежит ударам лет,

И в нежных чувствах одноверца

Конца ее заслугам нет.

 

Так я, еще в полудне знойном

Сей жизни находясь, мой друг,

Я с беспристрастием спокойным

На всё стремлю и взор и слух.

 

Констанция! хоть я и молод,

Но чашу опыта испил,

И ко всему питая холод,

К тебе лить сердце раскалил.

 

Я полюбил твой нрав и чувства,

И душу добрую твою:

Ты без притворства, без искусства —

И я судьбу благословлю!

 

Благодарю я Провиденье,

Что ниспослало мне тебя!

Ты небо мне! И в упоенье,

Сойду я в гроб тебя любя!

 

Пускай злословье точит жало, —

Тебя оно не уязвит:

Тебя мне Небо даровало —

И я твоя опора, щит!

 

 

В. Р.

Литературные прибавления к «Русскому инвалиду», 1832 г.