Тебе, мой Гений прихотливой…

Тебе, мой Гений прихотливой,

Тебе, сопутница мечты,

Перед толпой самолюбивой,

При шумном звоне суэты,

Тебе — и женщина, и дева,

Я приношу мои труды,

И звуки первого напева, —

Мою и прозу, и стихи!

Когда-то… помнишь?… и давно ли?—

Потоки лавы, ад в груди,

И слезы сладостной неволи,

И бред тоскующей души;

Бессонные, немые ночи,

Полузакрытые плеча,

И думой замкнутые очи,

И страстью полные устa…

Безумство, — да! А славно было!

И что нас жгло, и что томило.

Я то смеялся, то рыдал,

И на бумагу все писал.

Теперь мы опытнее с вами;

Прошла горячка, кончен бред;

Жизнь потянулась за годами, —

И — так и жди! нам тридцать лет.

Теперь мы стали холоднеe;

Теперь покорный ваш слуга

Стал строже, если не умнеe;

Теперь мы только лишь друзья!

Любовь, любовь, цветок унылой,

Цветок таинственный земли,

Наружность лилии стыдливой,

Везувий с Этною внутри!….

А славно было! И в забвеньи

Вот я за старое опять.

Но к цели высшей, вдохновенье!

Пора и нам с тобой начать.

И так, прощайте! Без свиданья!

Что ж ожидает нас? — Как знaть, —

Быть может, новые страданья;

Быть может, вздоры прежних лет;

Быть может, — да; быть может, нет!

Туман сомнений; яд, — измена;

Змея под розою — обман;

Меня, быть может, Мельпомена;

Быть может, нравственный роман.

Возмите ж вы мои творенья,

Плоды досужного пера,

Плоды любви и вдохновенья

И первой жизни! Да, пора!…

Хоть я поэт, но честных правил;

И если опыты писал,

То после много в них исправил,

Гораздо больше замарал.

Играть поэзией безбожно…

Точись заветный мой резец!

И я, елико, сколь возможно,

Примусь за дело наконец.

 

 

Опыты, часть 1,  1837г.