Звук имени ее, невольно сердцу милый…

Звук имени ее, невольно сердцу милый,

Раздался близ меня… Смущен я,—отчего?

Боюсь—воскреснет с прежней силой

В уснувшем сердце все, что мучило его.

С улыбкой слушал я, как всюду над тобою

Глумились, говоря: „твой жалок идеал!

Ведь всякий обладал той чудною красою,

Но только песен ей заветных не слагал».

Им вторь и ты… Смешно ведь, в самом деле,

Смеюсь и я, кляну себя за то,

Что не владел тобой’, как все они владели,

И что любил тебя, как не любил никто.