AUTO DA FE (Дело веры)

AUTO DA FE (ДЕЛО ВЕРЫ)

Из царствования Филиппа III

 

Посвящено Л. А. Мею

 

 

 

 

Звон в церквах и клики буйной черни

Над взволнованным Мадритом…

Знать, к святому делу черной казни

Дан призыв иезуитом.

 

Пред собором, над стеной народа,

Встал костер и столб позорный,

У костра палач, и крест, и стража,

И монах в сутане черной.

 

А на двух концах площадки пышно

Две трибуны возвышались,

И, смирясь о имени Христовом,

Там две власти красовались:

 

На одной — потупя долу взоры,

Бос и скорбен, в ризе бедной,

Сам великий инквизитор кротко

Восседал, сухой и бледный.

 

Запевал он глухо de profundis {*}

Меж отшельников суровых,

С мрачным хором красных кардиналов

И епископов лиловых.

 

На другой трибуне, в царском блеске,

Стал король с почетной свитой

Пред немой толпой надменных грандов,

Гордо шляпами покрытой.

 

За решетками резных балконов,

Меж ковров и флагов — дамы;

И хмельно, что праздника и пира,

Ждет Мадрит кровавой драмы…

 

Всё готово… но к столбу с монахом

Не выходит осужденный, —

А уж чьим-то грозным приговором

Брошен страх в народ смущенный.

 

Что-то будет… Тихо инквизитор

Поднялся, не двинув бровью, —

И палач, с его благословенья,

Принял склянку с чьей-то кровью.

 

Факел брошен, — миг — и пламя рвется…

Кровь преступная пролилась

И на углях смрадно зашипела,

Потекла и задымилась…

 

Распростерся в скорби покаянной

Сам король перед распятьем, —

И собор ту кровь, во имя божье,

Заклеймил святым проклятьем.

 

Только тут народ, очнувшись, понял

Странной казни той значенье:

Вспомнил он, как жид один недавно

Шел с синклитом на сожженье;

 

Вспомнил он, как был тогда спокоен

Лик торжественный и ясный,

Как бесстрашно, поступью святого,

На костер взошел несчастный.

 

Дрогнул весь народ и в смутном страхе

Вдруг замолкнул, изумленный, —

И король, взирая на страдальца,

Тихо вымолвил, смущенный:

 

«Суд неправ… И жид не перед нами ль

Вышел к смерти без боязни?

Лишь одни святые страстотерпцы

Так ходили к месту казни!..»

 

Но сказал он — отшатнулись гранды,

В страхе вдруг прервались хоры,

И на дерзкого великий инквизитор

Поднял медленные взоры…

 

Суд назначен…

В черной зале свечи…

Тень скрестилась от распятья…

За столом, в зловещем полумраке,

Чуть видна босая братья…

 

И тогда верховным альгвазилом,

В каске с спущенным забралом,

Был введен преступник и поставлен

Пред священным трибуналом.

 

То король был… Осуждался ими

Он за дерзкое сомненье

В приговоре их непогрешимом —

На публичное сожженье.

 

Но к костру предстать они не смели

Со лжежертвою державной:

Он по сану и священству власти

Инквизиции был равный.

 

И решил великий инквизитор,

Всепрощающей любовью,

Что король свой грех великий должен

Искупить сожженной кровью.

 

И тогда палач ему ланцетом

Дерзко царственную руку

Тронул, и понес ту кровь, с синклитом,

На сожженье и на муку…

 

Не преданье это и не сказка —

Быль: зане, в пылу суровом,

Изуверство нагло попирало

Всё — о имени Христовом!

 

 

 

{*} Из глубины (лат.) — название (по первым словам) католической молитвы над умирающим}

 

 

1 Дело веры (португ.); в средневековой Испании и Португалии публичное, торжественное сожжение еретиков или еретических сочинений по приговору инквизиции.

 

2 Auto da fe. Филипп III (1578-1621) — испанский король с 1598 г. Фактическим правителем был его фаворит, герцог Лерма. Духовенство, служители духовных орденов (особенно иезуиты) были в оппозиции к Филиппу III и герцогу Лерме. Внешним поводом для разногласий послужило намерение Лермы отменить ограничительные законы против португальских евреев (Португалия находилась в это время под владычеством Испании) и предоставить им равные с христианами права. Вероятно, в связи с этим возникла легенда, которая легла в основу стихотворения Крестовского. О ней историк инквизиции Х.-А. Льоренте пишет следующее: «Не стану также повторять басню об эпитимии, наложенной на Филиппа III за то, что он проявил жалость к одному осужденному во время аутодафе. Я слишком осторожен, чтобы принимать на веру рассказы, которые позволили себе выдумать некоторые путешественники, и анекдоты, которые они опубликовали, чтобы потешить своих читателей». Гранд — испанский дворянин, принадлежавший к высшей придворной знати. Синклит — в Древней Греции собрание высших сановников; вообще собрание, сборище. Верховный альгвазил — судебный пристав в верховном совете инквизиции. Зоне — потому что, так как.