Когда-б вы знали, как давно…

Когда-б вы знали, как давно

Я проклял все, альбомы — но…

Нет правила без исключенья!

Для всех писать, ей, -ей, мученье!

Альбомов столько в свете есть;

Пиши повсюду лесть да лесть,

Как в басне — мальчик все про волка,

Кричал, пугая всех без толка,

Когда и не было волков;

И, приучивши пастухов,

Когда, и вправду, волк явился,

На правый крик не шевелился

Никто. Все думали: шалишь!

Вот так, коль без толка соришь,

Всем без разбора комплименты

И на богинь даешь патенты —

Любезно — нечего сказать!..

Но, чем-же той-то знак подать,

Кому душа сама писала

И все казалося, что мало?

Она поймет-ли тот привет?

Не скажет-ли: «Да он весь свет,

До неба, также превозносит.. »

Прочтет и равнодушно бросит.

Уже-ль поэта чудный дар,

Как в лавке, мелочной товар?

Где откроят, кому угодно

Без отговорок, если сходно,

От вещи дорогой — на грош?

Уже-ль поэт, как швец одеж;

Всегда, когда богат досугом,

Рад с меркой быть для всех к услугам,

С корыстной жаждою нажить,

Заказчикам лукаво льстить,

Своею выкройкой и ватой,

Кривым бокам, спине горбатой,

И Аполлоном делать всех!

Нет! Нет! тому ведь это грех,

Кто хочет быть в душе поэтом,

(Пускай греха не видит в этом

Перо, что чинить журналист,

А за мое пока я чист.)

Но отчего-же вам пишу я,

Против альбомов так бушуя?

Вы не дивитесь — я чудак,

Артист, дикарь, простак — и так,

Я, признаюся, тоже, грешник

Для света сделался потешник

Иль, как по вашему — поэт,

Художник (Странно из кадет.

Из фронтового офицера,

Какого не было примера

И это право не секрет;

Про это знает целый свет,

Наш общий, добрый круг знакомых…

Спросите сами вы о том их,

И все, ответят вам — на ком,

На первом имени каком,

Я научился вдохновляться

Душой стремиться, развиваться! —

То имя — Катенька ей, ей;

За весь успех обязан ей.

А вы, при имени, при этом,

К тому-ж любимы целым светом

Кого ни спросишь — все за вас,

За душу, сердце — мой-же глаз

И вкус на днях, не сами вы-ли

Чистосердечно так хвалили.

Так мне ли от других отстать?

Хоть этим должно-бы начать,

А начал я воспоминаньем —

Сердечно траурным преданьем;

Но не ревнуйте. Вашу часть,

Коль с тою на весы укласть,

Кто знает — что б перетянуло?

Иль что в цвету? иль что минуло?

Всему свое!.. Луна блестит

Хотя заимствованным светом

От солнца. Правда-ли? об этом

Лишь математики твердят,

Очки да старички — но вряд,

Любому сердцу не ответить,

К тому-ж — луна не ярче-ль светит,

Чем солнце, любящим сердцам

И поэтическим мечтам,

В гульбе, по лабиринтам темным,

Своим сияньем нежно-томным

В полете крыльев не спалить,

И потому-то вам пишу я,

Против альбомов сам бушуя,

Не удивляйтесь — я чудак!..