Одобрение

Одобрение.

 

 

Сиянье дню, роса цветам.

Крыле уму в его стремленье,

Талантов воспитатель нам,

Живительное одобренье!…

Не ты ль ввело младых певцов,

Марона, Флакка, честь веков,

В чертоги Мецената пышны?

Не ты ль восторг внушило им?

Их лирами — гордился Рим,

И звуки их — вселенной слышны!

 

И там, где Цезарь воздвигал

Торжеств Трофеи, в страх вселенны,

Отколе меч простря победный,

Закон земным Царям давал, —

Там в честь ума и дарований,

Певец Лауры и Мечтаний,

Багряной тогой облечен,

На стогнaх славы, в Риме шумном,

При плеске граждан, громе трубном,

В Капитолийский храм введен.

 

Неверно счастие нам, но слава, —

Не требует его венцов!

Необорима, величава,

Сквозь даль пространств, сквозь мрак веков, —

Она свой блеск распростирает,

В полете время обтекает;

Не кипарис, но Лавр растит.

Дерзай, чье сердце к славе бьется!

Забвенье Лиры не коснется,

И ты не будешь позабыт!

 

Позор тому, кем непочтен

Муж дарованьем знаменитый!

Омер, пристанища лишен,

В безумных доме Тасс сокрытый,

Коварну зависть обличат. —

Таланпам к славе — нет преград;

Невежд безсильны все упорства,

Гоненье изнеможет их,

И грозный приговор потомства —

Отмстит за честь певцов своих.

 

Счастлив, кто хочет уступать

Завистникам успех неверной,

И выше став молвы пременной —

Хулу и лесть их презирать;

Над облаками так парящий

Орел, не слышит рой жужжащий;

Но в силах ослабев души,

Чувствительный к неблагородным —

Расин поник челом печальным,

И Озеров — угас в тиши.

 

Бессмертен век их кроткий днями,

Но ободреньем лишь цветут

Сады наук; его лучами

Согреты, зрелый плод дают!

Хвались плодом благотворений,

Шувалов, мирных знаний Гений!

Отчизна дел твоих полна,

И в свитке Клии, пред веками,

Златыми блещут писменами

Тебе подобных имена.

 

Здесь дар почтен! здесь он прославлен!

В стране побед, в земле снегов

Афинских Муз Парнас возставлен;

Здесь Холмогорский рыболов

Двор украшал Елисаветы,

Был зван на Царственны советы

Державин, лиры властелин;

Венчанный лавром страж закона,

Предстатель Дмитриев у Трона,

И гость чертогов — Карамзин!

 

Любимцы Пиeрид бессмертны,

Их имя по теченью лет,

Из рода в роды отдаленны

Юнея славою прейдет.

Изменится лице природы

И минут Царства и народы; —

Афины были! — путник там

Одне развалины застанет:

Твой лавр, Державин, не увянет,

Взносясь челом, в упор векам! —

 

Благоговенье к дому Феба!

Здесь жил Державин, здесь звучал.

Здесь проповедник, — тайны Неба,

Он Бога пел — и мир внимал!

Следы его. здесь не остыли;

Сюда, мы зреть его спешили;

Мы не забыли звука слов,

Как здесь приветным разговором,

Грядущее провидя взором,

Он ободрял младых певцов.

 

Так; ободренья, ободренья,

Прошу, о Музы, я опт вас,

Вам, на достойны песнопенья,

Внушитe вы мой робкий глас!

Забудь звук чаш, пиров свидетель,

Венчай цветами добродетель!

Воспой Отечества сынов.

Победы славной ищет воин:

Да будет нас предмет достоин,

Поэзия — язык богов.

 

 

Б. Федоров.

22 Маия 1823 г.

Соревнователь просвещения и благотворений, 1823 г. Часть 23