Перед бокалами

Перед бокалами.

 

 

Кубки наполнены. Пена, как младость,

Шумно играет на гранях стекла.

Други! Какая ж внезапная радость

Нас на вакхический пир собрала?

 

Радость? .. о нет! Если б с Божьего неба

Луч ее светлый нам в душу запал —

Прочь соки гроздий, хотя бы и Геба

Вышла поднесть нам сладчайший фиал!

«Прочь этот нектар» воскликнем мы дружно.

Радостью дух наш да полнится весь!

Двух упоений сердцу не нужно:

Вкус оскорбляет преступная смесь.

Если ж кто может струей виноградной,

Бурно-кипящей и искристо-хладной,

Радость возвысить, и грудь пламеня

Сердцу подбавить вящшую сладость —

Други! — то бедная, жалкая радость;

Радость такая — горю родня.

 

Кубки высокие, полны шипенья,

Блещут, и круг разгорается наш.

Други! Ужели в бедах утешенья

Ищем мы ныне в испитии чаш?

 

Нет! Лютой горести зуб всегрызущий

Душу терзал бы средь оргии пуще!

Духа в печали вино не свежит:

Злая настигнет и глубже укусит,

Если кто в битве с судьбиною трусит

И малодушно за чашу бежит.

Сердцу покоя питьем не воротишь:

Горе увидишь и в светлом вине;

С каждою каплею горе проглотишь,

Выпьешь до капли — а горе на дне!

Если ж кто в страхе над жизненным морем

Дух врачевал свой игривым клико —

Други, поверьте, тот хвастал лишь горем,

Скорби не знал, не страдал глубоко!

 

Нет, мы не в радости, мы и не в горе

Действуем винно в сем дружном соборе:

Жизнь лишь сухую сошлись окропить,

И потому равнодушно, спокойно,

Так как мужам средь беседы пристойно,

Тихо, степенно, обдуманно пить!

 

 

В. Бенедиктов

«Сын отечества»