Смерть Сократа. (Отрывок из Ламартина.)

Смерть Сократа.

(Отрывок  из Ламартина.)

 

(Сократ утешает плачущих учеников своих.)

 

—Вы плачете друзья — и плачете в то время,

Когда моя душа, как чистый фимиам,

На век освободясь от тягостного бремя,

Стремится к небесам.

 

Когда она в пылу священного восторга,

Как светлый, горний дух, стрясая прах земной,

Из царства горести парит на лоно Бога

И истины святой.

 

Что время и что жизнь без смерти в сей юдоли?

Почто приятно мне за истину страдать?

Почто моя душа оковы сей неволи

Пылает разорвать?

 

Что значит, о друзья, без смерти добродетель?

Что память мудрого — в потомстве оживит?

Смерть! Смертию одной верховный Благодетель

Её вознаградит.

 

Она не бич людей — но жребий вожделенной,

Победоносный лавр, торжественный венец;

Которым нас дарит рукой благословенной,

Всеведущий Творец.

 

И если-б вопреки могущему веленью,

Я жизнью дорожил и мог её продлить,

О Други! и тогда, покорный Провиденью,

Я не желал бы жить.

 

Не плачьте обо мне: не скорбью удрученных

Приятно мне узреть сподвижников моих,

Но с радостным челом и амброй окуренных,

И в тканях дорогих.

 

Как юноша-жених, увенчанный цветами—

К невесте молодой идет при звуках лир:

Так я хочу идти, о други, между вами

На смертный вечный пир.

 

Что значит умереть? — Прервать соединенье

Небесного луча с презренною землёй,

И снова исполнять свое предназначенье

За дверью гробовой.

 

Напрасно человек стремится за блаженством,

Подобный узнику, стрегомому к в тюрьме,

Одеянный своим земным несовершенством—

Блуждает он во тьме.

 

Но тот, кого волна низвергла в пристань мира,

Кто жизни новый свет с спокойствием узрел—

Тот сам, как луч зари, во области эфира

На небо полетел.

 

Он чужд уже своей презренной оболочки,

Союз с землей его не в силах тяготить,

И жизнь и смерть пред ним невидимые точки:

Он снова начал жить!

 

— « Но смерть есть чаша зол — край бедствий и страданий! »

Друзья! не может быть. — Сей тяжкой перелом

Есть странствия конец и горьких испытаний,

И зло везде с добром.

 

Не зрим ли мы, что день течет за мраком ночи,

Приятная весна за хладною землёй;

С воззрением на свет блестят младенца очи

Невинною слезой.

 

Верховного Творца могущая десница

Сравняла море зла и море вечных благ:

Предшественника тьмы, бессмертия денница

И к Богу первый шаг.

 

Не знаю: с торжеством иль грустью безнадежной

Ввергается душа в объятия ея;

Но с чистою душой сей жребий неизбежной

Не страшен для меня.

 

 

Полежаев.

Литературные прибавления к «Русскому инвалиду», 1832 г.